Ностальжи

Теперь я обитаю в той самой квартире, где прошла часть детства.

К детству неприменимо слово "ностальгия". Если в 22 вообще возможно "ностальгировать", то не по детству, максимум, по "юности". В детстве (в счастливом, - несчастливого у меня не было) - всё ровно. Помнятся оттуда только яркие моменты, которые выстраиваются в одну спокойную линию. Домик из одеял, книги, воображаемые френды, английский, игры, мороженое каждый вечер... 

"Но слышишь, бьют часы...".

Пространство переделано чуть менее, чем полностью, и сейчас я понимаю, что это произошло  подсознательно и подсозДательно - создать новое, не напоминающее.

Но вид из окна все тот же. Так же жужжит холодильник. Те же очертания коридора. И в этом новом, светодиодном свете иногда мелькают картинки прошлого. 

Зимой (в этом году январь - как в детстве!), незадолго до послеобеденного заката, небо обретает прозрачно-голубой оттенок, который наполняет тебя красками того времени.

Разница в том, что когда ты ребенок, даже если уже думаешь о смерти, то все кажется таким далеким, таким большим. Взрослая жизнь так далеко, так далеко, и сама жизнь так длинна.

А вот нет. 

Ничего больше не делается само и для тебя, как в детстве. Пирожки, к большому сожалению, не выпрыгивают из печки, хотя и пекутся теперь по рецептам, найденным тут же, в инструкции для плиты и написанным его рукой.

Но нет его.

_______________

У меня один вопрос: куда все делось? 

Столько сил отнимает это плавание, одиночное ли, совместное, я не знаю. Знаю, убеждена, что человек один, избитость этой фразы (мысли) превосходит масштабы трагедии, которую она пытается обрисовать: человек всегда один, потому что умирает один. "Умерли в один день" не значит "умерли вместе".

Человек всегда один, потому что он может быть сам собой только один, и это аксиома. 

Столько сил, чтобы держать парус по ветру. Не остается себя на эмоции. Не пускать наружу, держать. Редкие мгновения - запечатлевать и складывать в коробочку памяти. 

"Как пусто в душе без миражей, без волшебства"...

Но я все-все-все помню. Каждую эмоцию, связанную с каждой песней, с каждым событием.

И уж лучше всего я помню тот день, когда его не стало.

Похоже, я не стала ни на йоту умнее и мудрее за 8 лет. Движение по шкале ценностей в неизвестном направлении ничего не поменяло.

Я. Боюсь. Смерти. 

И я не то что не могу отпустить - но даже если боль была давно, она не перестает быть болью, если не обесценивается повод. Да-да, причина страдания, да-да, можно/нужно избавиться, приняв - я выучила. 

"Не плачь обо мне, ветер все сильнее,

пора улетать, скоро край".

Все, что делал человек, умрет. Умрет абсолютно все - вещи, сделанные руками, вещи, сказанные словами, вещи, вложенные в чью-то голову...  На рассвете умрет все, что было прожито ночью.

_____________

Но у меня второй вопрос: как быстро все забудется, как быстро затрется и этот диск, и ощущения детства/юности станут недоступны?

Ведь мы устроены смотреть вперед, постоянно и только - вперед.
Все впереди и всегда будет впереди!

Ностальгии по детству не может быть потому, что в детстве (счастливом) кажется: так будет всегда. Всегда будет хорошо, смысл в смехе, смысл в веселье. Не может быть ностальгии по такому ложному чувству. Не может быть ностальгии по основе, которая обесценилась. Это самое безвозвратное. 

Не может быть ностальгии по состоянию, в котором не боялся смерти.

Может быть - воспоминание. No steel.

Время - это человек, в своем уме произносящий: "время - это" под звук хлопающей ладони.

Воскресное

...Я думаю, что мы все абсолютно беззащитны перед Красотой.

Простота этого тезиса изуверски впивается в необходимость дать ей определение. Открыть Достоевского.  

Щелчок где-то в районе сознательной зоны комфорта - и ты другой.

Как мы читаем тексты? Пробегаем глазами по пересеченной местности чужих нам фраз. Как пишем? Последовательно избегая углов, мы формируем точку зрения там, где сом(к)нется круг.

Главный месседж сегодняшнего состоит в последовательности. Но из последовательности исходить - надеяться на долгую жизнь. 

Я думаю, что без бытовой завесы мы беззащитны.

Когда хочется застыть в оцепенелом спокойствии, выразив во внешнем неземную внутреннюю тишину и в тот же момент - зарыдать от бессилия, от жалости, от невозможности того, что видишь перед собой. Ощущение "созданности" в каждой частичке окружающего. Когда нет чувства времени, грусти от того, что все проходит, проходило и будет проходить, нет этой человеческой бессмысленной заякоренности на свои и чужие реакции, оценки, слова. 

...

Я формируюсь. У меня нет определенного взгляда на. У меня есть просто взгляд. Последовательно этапируют по жизни - сопротивление бесполезно. Неужели когда-нибудь я застыну? 

На любой сложный вопрос я выдаю первое, что ближе в данный момент, я даже не могу сказать, что считаю так, как говорю, а говорю, как чувствую. Нет. Я подбираю слова под мелодию разговора с человеком, интуитивно раскрашиваю случайный узор слов между нами. И это разумно - ведь пока я говорю, слова теряют ценность, я иду дальше, мы идем дальше, мы  уже другие к концу фразы. По определению, я не могу выразить то, что не только иллюзорно-постоянно меняется, но и вообще - существует ли?

"Ты меня так угадываешь, так чувствуешь". Да, я чувствую. Но все сложнее. Я также чувствую, что на твоей воде совсем иные круги, и после всего остается ощущение не просто недосказанности - "несозданности". Я знаю, что два человека не могут пережить одно и то же ощущение одинаково, если это не откровение.

Но иногда - можно услышать эхо в другом. Если крикнуть ему прямо в глаза, в уши, в распахнутую настежь форточку сознания. Врезать по его существу что есть силы.  

Мой вопрос к природе невыразим. 

Я абсолютно беззащитен перед тем, что не применимо к вопросу "зачем", что со-творено, что превосходит меня по всем осям координат. 

Я не очень понимаю, как можно "наслаждаться" природой (в плоскости пейзажа). Либо ты подрываешься на бомбе в силу этой беззащитности, либо блокируешь ощущение и остаешься обыденным.

Быть хамелеоном очень сложно, и единственная опора - это Одиночество.

Воскресно-воскрешенное на этот раз.

Вооруженный острыми ветками в быстро спадающих сумерках, пронзительного окраса облаками, песнью земли, увядающей в пестроте. 

Всего лишь осенний закат.

Доктор!..

"Если бы можно в сердце поглубже вклеить портреты".

(с)

1.

Доктор, левее, выше. Еще левей...

Поднимите одежду.

Слышите? - Нет, не слышу. 

Дышим глубже. (Складка между 

бровей)

Вдох-выдох. Стоп.

Выдох.

Вдох. 

Снимает фонендоскоп -

Ну, рассказывайте. 

(Озаглавливает карточку 

Врасплох.)

Доктор, легкие, - словно воздух,

Сжатый штыками ребер

 в пространстве бренном.

Во Вселенную

Перевернут кувшин желудка.

Обезумевшая от стука

В клетке плещется глыба…

Это, голубчик, от недосыпа.

Давления перегибы.

Доктор, проскальзывает пульс –

Вот, щупайте:

Раз-два-три-пропуск, -

У аритмии солоноватый вкус.

(Пишет; странно, хороший почерк)

Доктор, вытягивает жилы! 

Рвет снаряды на моих улицах,

Минируя все углы,

Сгибает, кружит...

Милый мой, хватит сутулиться.  

Всего парочка самых лучших 

пилюль, пара плохих стихов - и полно

Забудете (усмехается),

как выглядит ваша бомба. 

*

Но Доктор!..

Прекрасность утра

Зашкаливает, зелень трав 

Вместе с охрой листвы нараспев -

Звучит. 

Изморозь сахарной пудрой

На нёбе земли горчит...

Нет-нет, не надо!

Не прибегайте к метафорам!

Избегайте тирад и од. 

Смыслов двойных и пряных 

Убегайте 

От.

Посмотрим-ка лучше с Вами, как 

всеяден ум;

Как он кормит нас с ложечки 

Своей сказочной логикой...

...белый шум, 

Доктор, поверьте мне хоть на толику,

Застилает все, от горизонта до вертикали, 

Накрывает и обрывает. 

Доктор, что это Вы мне дали?

Глотайте. А может, хотите чаю?

Да, пожалуйста, - кипятком! 

С ослепительно кислым лимоном

И безумно ягодным молоком.

Голубчик, тише...

Нет, доктор, прошу Вас, громче!

Прибавьте басы, участите ритм!

Я хочу видеть,

Как рушатся стены, 

И стенают звезды, 

Как вспыльчиво выстрелит полночь

В створ белоглазых рифм.

2

Доктор смотрит в окно, за которым сад.

Оборачивается к кушетке.

«Легше?».

В одной из соседних палат

кто-то впрямь умирал за родину,

Подавив целевое рацио…

Доктор, спасибо, даже стал чувствовать руки вроде бы.

Я уже умирал, 

теперь только в плен не сдаться бы

Потому что любая мысль

О ней

покрывает испариной

И становится детонатором.

Если больше я не увижу ее…

…Взрыв, говорят, был слышен и на окраине

Мира нашего, вместо мирного атома,

Изобретшего мутный опиум,

А потом рядовой выключатель вырубил.

Вы - смогли бы?

Смог бы!

Потому что, доктор, 
Всё равно не чувствую. Ничего. 
Не чувствую совести, мести, смерти. 

А чувствую - пустошь выжженную. (Черту,

Говорящую и горящую в лице

Её). Чую черствую, чертову пустоту.

(дописывает рецепт)

...Гуляйте побольше 

И не дымите бессмыслицей!

Не курить?..
Вы, не поняли, милый мой, не расслышали...

...ЭТО как будто СЕРДЦЕ (шепотом) вынули из груди,

И оно догорает в пепельнице

В лихом кураже. -

А вы ничего не можете с этим сделать, Господи прости,

Обезболить не можете толком даже …

Не укол, а чудо, спасибо, доктор!

3.

Из палаты выходит. Фельдшеру: 
Плачевно.
Сегодня палач я, Миша.

Фельдшер, протягивая спички,

спрашивает: сложный случай?

Помочь?

Я уже вколол ему самое сильное: 
первую ночь.

Будет жить.

Проследи, чтобы все было, как положено - 

Шину реальности наложи.

Дальше курсом:

Мгновения - внутривенно.

День - по два к одному, с физраствором будничным. 

Неделю - залпом потом для верности.

Месяц - размешивай с событиями, -

А там поглядим.

Фельдшер бросает вслед: 

Стало быть, излечим? 

Доктор смеется тихо:

Излечимых нет.

И неизлечимых - нет.

Но каждый так уязвим,
так безудержно одержим,

Что при всей банальности наших вакцин

Они единственный выход.

"Помимо определенных вещей 

есть определенные вещи..." (с)

Храм - это не зря

17-19.08.2014 - 10.01.2015.

Гуд Ахтунг!
Когда кажется, что всё со всем связано. Когда больше не можешь вместить в себя огромность, и в то же время всё укладывается в один тезис - только раскрась. Когда это в очередной раз случается, я стучу. В двери травы, в душу клавиатуры, сквозь морок массокульта - в колокол истинной (как мне кажется) культуры. 

"Все живут так, как будто никогда не умирают".

Так говорил Кастанеда (или, по крайней мере, упирал в это, заводил в тупик). И это цитата из нового спектакля Марка Захарова "Небесные странники".

Никогда не думала, что буду ощущать сценическое столь же глубоко, сколь и книжное. По пространству, в которые уходят линии-фразы, этот спектакль стоит в одном ряду с великими книгами. И поскольку каждый видит свое, мне очень хочется видеть в соединении Аристофана и Чехова не способ сатиры на современное российское общество (мало кто в этом деле "не видит повода не выпить"), а указание на межвременное и общечеловеческое. Только мысль о смерти поможет обрести мужество и понять, что "нужно брать на себя чужую боль".

А фраза эта (заглавная), меж тем, вмещает всё - от образа жизни с наигранно вдумчивой сигаретой в зубах до страха, до самой последней черты, о которой никто не хочет думать "Нет, нет, не меня, пожалуйста, только не меня..." ("Кысь").

Каждый раз прихожу к одной и той же мысли - умом не понять (никаких парадоксов, все честно). И скорее всего - эти слова особенно смешно здесь писать - на одном из первых уровней, смерть есть отсутствие памяти. Картинка-олицетворение отсутствия памяти пришла, когда весной я ехала на велосипеде по набережной Кутузова, а спиной ощущала облекающий грохот машин - тогда почему-то ясно представились: хлопок, сжатие, размытие, отсутствие памяти...
В массовой же культуре смерть зачастую <принижена>. В этом ключе вещи типа "узнать дату своей смерти", щелчок мыши в вакууме, - для ума это отличная развлекуха, ни хуже, ни лучше других. Вот именно-то что. В один ряд, как в магазине - огурцы и помидоры. Виндадоры, виндадоры...

Словом - словом. 

Татьяна Толстая, ставшая для меня открытием (как и всегда, ибо я, как малолетний дегустатор, нахально пробую всё в большинстве случаев по одному глотку из каждой пробирки) своим "Кысь". Построение текста, сам текст, расшифровываемый в экстазе даже при отсутствии филологического образования...

Здравствуй, дождь в 4 утра. 

_________

...И пока я это пишу, я узнаю про смерть Робина Уильямса. Одного из любимых (если вообще могут быть любимые актеры у человека, который смотрит по 3 фильма в месяц). И сегодня же днем я думала: какое мужество надо иметь, чтобы покончить жизнь самоубийством. Для меня с веревкой спрыгнуть - подвиг и никогда не забываемое перешагивание через себя, до какой же степени отчаяния нужно дойти?! 

"Мой капитан"? Да, но для меня он в первую очередь навзрыдный, полный соплей платок от "Куда приводят мечты". Это не фильм, это дыба, словно намеренно приукрашенная. Это травля для ума, каждый день думающего о смерти. "Что за радость такая - в ладонь пеленать свои стоны?" 

Смерть есть отсутствие памяти. Но тебя-то, нет, мой капитан, тебя не забудут, нет-нет, только не тебя. 

_______________

И вот, в паузе всех поисков выясняется/ощущаешь, что жизнь, смерть, человек и культура связаны чем-то вроде...

Давно нащупанный ответ, может быть, только промежуточный. Давно прочитанный у Стругацких - из их-то кружек и бокалов я отпиваю по полной - "Град обреченный". Больше не встречалось аналогов / просто не помню. Все сводится к:

-...Все прочее - это только строительные леса у стен храма, говорил он. Все лучшее, что придумало человечество за сто тысяч лет, все главное, что оно поняло и до чего воюя, голодая, впадая в рабство и восставая, жря и додумалось, идет на этот храм. Через тысячелетия своей истории, совокупляясь, несет человечество, само об этом по подозревая, этот храм на мутном гребне своей волны. 

<...>

Самое забавное, говорил Изя, что каждый кирпичик этого храма, каждая вечная книга,   каждая вечная мелодия, каждый неповторимый архитектурный силуэт несут в себе спрессованный опыт этого самого человечества, мысли его и мысли о нем, идеи о целях и противоречиях его существования; что каким бы он ни казался отдельным от всех сиюминутных интересов этого стада самоедных свиней, он, в то же время и всегда, неотделим от этого стада и немыслим без него... И еще забавно, говорил Изя, что храм этот никто, собственно, не строит сознательно...

<...>

- А зачем строится храм? Ясно, что храм - это единственная видимая цель, а зачем - это некорректный вопрос. У человека должна быть цель, он без цели не умеет, на то ему и разум дан. Если цели у него нет, он ее придумывает...

<...>

- Я вот вижу, как ты читаешь. Ты можешь двадцать четыре часа в сутки читать... и, между прочим, все при этом запоминаешь... А я ничего этого не могу. Читать - люблю, но в меру все-таки. Музыку слушать - пожалуйста. Очень люблю слушать музыку. Но тоже не двадцать же четыре часа! И память у меня самая обыкновенная - не могу я ее обогатить всеми сокровищами, которые накопило человечество... Даже если бы я только этим и занимался -- все равно не могу. В одно ухо у меня залетает, из другого выскакивает. Так что мне теперь от твоего храма?..

<...>

- Ну ладно, пускай - жрецы. Это те, кто носит его в себе. Те, через души которых он растет и в душах которых существует... И есть потребители - те, кто, так сказать, вкушает от него... Так вот Пушкин - это строитель. Я - это жрец. А ты - потребитель... И не кривись, дурак! Это же очень здорово! Ведь храм без потребителя был бы вообще лишен человеческого смысла. Ты, балда, подумай, как тебе повезло! Ведь это же нужны годы и годы специальной обработки, подвигнуть тебя, потребителя, на разрушение храма...

_______________

В "Кыси" говорится абсолютно то же самое, - даже пример там тот же, специально, измызганное "наше все", которым мы все перекормлены и не в силах оценить истинное величие. Только говорит Толстая это своим эзоповым веселым языком.  "Ты, Книга! Ты одна не обманешь, не ударишь, не обидишь, не покинешь!"

Вдобавок по сюжету фаренгейты Бредбери сами просятся в аналогию. Однако она уникальна, потому что так по-русски и так извечно, и о советчине, и вплести это в храм... 

А кто из творящих не волновался, что не будет уничтожен, что не будет потерян тот самый стих, то самое вдохновение?

А) - Не повторить; Б) - Жаль; В) - Земля-земля, воздух-воздух.

Интернет - лишь ты наша общая надежда и опора во дни сомнений, во дни тягостных раздумий о судьбах... С тобой-то, нет-нет, ничего не потеряется.
_________________

Смерть - это грабли. Ровняющие с землей, с отсутствием памяти. Так говорил мне ум.

"А там сумрак и бесконечный путь, который никуда не ведет..." 

Вот что страшно. Поэтому музыки мне, музыки. Как-никак, доказательство Бога, закусите наскоро в этом мире, вестями из Рая...

И Ответ о том, что Культура спасается; что храм - это единственная видимая цель, - это ответ УМА. А то, что СОДЕРЖИТ в себе культура - это бессмертие, и это ощущение. Понимаете?! Это шепот "НЕ ЗРЯ" в музыке и в последних строчках дочитываемой тобой ужелюбимойподождинекончайся книги.  

Почему ощущение? Потому что ум никогда не соединит под одной крышей (кроме как) следующее.

"Твоя Красота ошеломляет меня - я не могу устоять на ногах..." - это не зря.

Не зря смерть четвертого ремарковского товарища и сумасшествие Изабеллы. И смерть героя в "Колоколе" хемингуеевском на руках Марии, guapa. Не зря терпелив Аттикус Финч к своим детям. Не меньше не зря, чем Христос всетерпелив. 

Не зря "No woman no cry" в тонах беззаботной радости. И даже на первый взгляд over-страстное "Because the night" Брюса Спрингстина точно так же не зря, как и Окуджавские "Часовые любви".
И даже танец. И, конечно, тянущийся вдоль Европы Ренессанс. (Про философию вообще страшно и сказать).

Дело не в их простом равенстве как достижений культуры, а в том что все они безбрежно-одинаково НЕ ЗРЯ.

Храм "Не зря". И я, Господи, согласна в нем быть безо всяких "но" - только своим присутствием-"потреблением".

Потому что тогда нет врагов и нет иноверцев, и на хоругвях - единые "ценности" всего человечества. И я причастна. 

И в этом смысле все произведения, устремляющиеся за рамки обычного в человеке или оголяющие его величие и низость, красоту и мерзость, они братья (не просто равны, а родны), - та самая идея, которая мелькает у некоторых относительно гуманоидов. И они вечны.

Тут, конечно, самое время уму, своему ли, чужому ли, обвинить меня в однобокости - а что же ты и вышеприведенные не запихиваете под одну крышу и тех, кто пишет о насилии, и тех, кто воспевает ненависть? (А также миллионные образцы голливудской и не только масс-культуры, "современное искусство" и т.п.). Я потому и не запихиваю, что считаю: зря, смертно (да и АБС из этого, как видно, исходили - если не попало в спресованный опыт, то и не вечная, стало быть, книга/силуэт).

- А ты кто такой (-ая), чтобы судить - что выходит за рамки, а что нет? Что вечно, а что сотрется в пыль? Что - талантливо?!

- Я-то? А я посетитель Храма! Я право имеющая созерцать, не дрожащая, пусть и ТВАРь! Я знаю, что мои собственные слова уже стираются в пыль, пока я говорю, и потому об этом смешно и думать, но меня впустили сюда, и хоть я никогда не пройду Его весь, но я чувствую его стены и могу отличить, и могу разобрать...

И эту метафору можно продолжать еще 3 поста /в любом из смыслов/, - вот почему проще прибегать к литературе, если ты ее потребитель. Метафора объемлет. 

«Все пройдет. Страдания, муки, кровь, голод и мор. Меч исчезнет, а вот звезды останутся, когда и тени наших тел и дел не останется на земле. Нет ни одного человека, который бы этого не знал. Так почему же мы не хотим обратить свой взгляд на них? Почему?».

И у Гумилева в «Звездном ужасе» - отголосок.
"... А не в небо черное, где блещут
Недоступные чужие звезды".

Творцы чуют вечность. И потому – умом не понять значение культуры, не найти ответа на вопрос: что – вечно? Или вечно только для человека? Ну, если опустить то, что эта категория вообще имеет смысл исключительно для человека, все же культура вечна безотносительно творцов, жрецов и потребителей (таков ответ моего восприятия).

Ремарк писал, что жизнь есть лишь стремление волны к небу, попытка порыва, если переиначить. И это так. И не только жизнь, а каждая ее часть, в том числе творчество, искусство, культура. 

Для ума проблема отчасти нерешаема: как все-таки отличить? Метафора никогда не бывает стопроцентно точной для его требований, и потому на тему того, что считать вечным/талантливым, что такое спресованный опыт, и нужно ли вообще использовать эти термины, хорошо бы думать отдельно.
____________________________
Остов этого текста был захлопнут в 3 часа ночи наступившего 19го числа восьмого месяца августа. В рюкзаке лежали билеты в Рим, и приключение начиналось через 5 часов. Но я и понятия не имела, что мне суждено встретить там воплощение Храма.

Из промокшего на треть дневника:
"Дело в том, что, как правило, шедевры переоценены, и ты не можешь воспринимать в отрыве. Здесь для этого нужно лишь встать в самом центре зала, запрокинуть голову назад, перестать замечать толпу вокруг тебя и стоять неподвижно, разглядывая знаменитый потолок.
Никакое 3D не может сравниться с этими живыми, движущимися фигурами... Слева - сюжеты Старого Завета, справа - Нового, а посередине, под "Сотворением Адама", столь знаменитого в масс-культуре, стоишь ТЫ, восприятие. 
Ты родился и вырос в той части мира, где почитают Его и Его чудеса. Внутри есть то, чего все они так ищут, есть настоящее, есть частица. Даже не зная детально Заветов, символики и смысла каждого сюжета, все равно стоит созерцать это. Задрав голову так, как в это время года в своей местности - к звездам... Ad astra. Потому что нельзя уйти от проблемы низшего и высшего в человеке, нельзя оторваться от корней. Нельзя оторвать глаз.

Если бы не было религии, через что тогда выразить разрыв?.. В любом случае, сюжет лишь средство выражения этого разрыва. Нет ничего пронзительнее, чем это не-касание. Особенно если вокруг тебя - закольцованная история человечества".

И вот, еще один критерий. Талантливое и гениальное не может ограничиваться одним смыслом. Потому что смысл вообще неприложим к.

Сикстинская капелла. 
И хотя это не храм в обычном понимании, а особое место для всей католической церкви, суть одна.

Не зря это храм. Храм - это не зря. 

___________________________

У каждого свой внутренний компас/космос для поиска. "О человеке, любви и смерти".

Храм культуры противостоит отсутствию памяти.

Чудеса продолжаются, и если мне есть что сказать в этом Храме, то это Благодарность, которая должна превосходить размеры моей жизни и моего восприятия. 

Может, и жизнь не зря? Не зря. Тут и выбора-то не сказать, чтобы дали, а те, кто решил, что выбор есть, обладают, повторюсь, каким-то неестественным мужеством, от которого веет заранее ужасной догадкой - "зря".

Потому что если колокол культуры еще звонит, то он звонит по тебе.
Потому что с каждым прочтением тьма все больше накрывает ненавидимый прокуратором город.
Потому что и цель в жизни выдумывать бессмысленно в отсутствии памяти, можно только нелепо радоваться происходящему и, на кончиках пальцев, ловить, ловить diem, мой капитан.

И это, как и все прочее, есть только мое восприятие. Дата, подпись, расшифровка.  

P.S. И потому написано не от ума, а от восторга.

Карелия, Воттоваара

     Я, честно говоря, не знаю, что написать про Самое Лучшее Приключение.

    Любая попытка разбивается о невозможность описать Природу, которая не знает слов.

     Ты всегда у нее в гостях, вопрос только в том, как тебя принимают здесь и сейчас.

    Номинальной целью нашего похода было очень известное место - гора Воттоваара. В сети множество слухов о том, что это "место силы" или, напротив, "гиблое место"; так или иначе меняющее жизнь человека. Я же из всего потока информации увидела просто красоту и захотела там побывать, а заодно проверить эти слухи.
   Информации об этом месте действительно множество, выкладывать ее здесь не буду, кроме одной единственной ссылки. Среди тонн околоэзотерических предположений и домыслов есть история С. Симоняна, который первым открыл это место. ЗДЕСЬ. 

   ИСТОРИЯ (вкратце:) 
1) Воттоваара не переводится как смерть-гора. Смерть-гора (или Сопка смерти) -  рядом, в 1,5 раза ниже и связана с гибелью отряда партизан в 1942-м. 
2) Сама Воттоваара была впервые "открыта" в 1978-м отрядом Симоняна, который занимался поиском партизан. Сейды (валуны, на которых покоятся столбики более мелких камней) были обнаружены им еще тогда. Однако в 90-е годы информация о горе попала в руки и в голову не слишком добросовестному человеку, который присвоил себе открытие сейдов (кто первый у нас запатентовал или просто громко крикнул - того и тапки) и начал водить на гору туристов. Что, собственно, и продолжается в уже чудовищных масштабах и по сей день. 
...3) Причем продолжается в таком духе, что позиционируется гора как место силы - там  в т.ч. поставили "вигвам шамана", где обитают разные эзотерящиеся мира сего.*
4) Гора уникальна в смысле ландшафта, но, к счастью, не единственна. Просто другие подобные места не так известны.

    * я отнюдь не против шаманов, мест силы и прочего. Просто все это не нужно трогать руками (читай: словами), и тогда все в порядке. А уж когда люди деньги на обмане зарабатывают... Впрочем, не мне судить.

   Итак, это описание похода к Воттовааре от станции Аконъярви. Интересные места в плане особенностей похода, которые могут пригодиться другим, помечены как "оргвыводы"  (и остальную ностальгию можно пролистать).
   
    Карту я сначала хотела высветить подробную. А потом подумалось о том, как же было приятно идти по нетронутому лесу, кое-где - по еле протоптанным дорогам... Нет, пусть у каждого будет свой путь, свои закаты и рассветы. Ищущие обрящут, написав в личку. 

В целом, путь выглядел так:

День 1. Поезд высадил нас с Настей в Аконъярви, посреди дождя и рельсов, здравствуй, неизлечимая российская тарковщина. 

Через три минуты после высадки нас уже приветствовал фээсбЕшник с просьбой предъявить паспорта. Он был удивительно строго-вежлив, но его большая умная и добрая собака все равно понравилась мне больше. 

Дем и Саша, не успевшие позавтракать, ждали нас с котелком грибного супа, красноречиво жаждав его опустошить. Намеченное топанье вперед по шпалам отпало: рабочие со станции подкинули нас сразу до Поросозера, и это с самого начала означало, что приключения начинаются, прочь строго намеченные планы. Пока ехали в машине, шофер удивлялся, что мы начали путь к горе так издалека, а также сообщил, что местные туда не ходят - неинтересно и страшно.

 Этот день и дальше был просто удачей. После долгожданного обедо-завтрака в лесу мы зашагали по проселочной дороге на север, встретили семейную пару грибников, отозвавшихся о горе так же отрицательно, как и поросоозерцы. Оргвывод: лучше не говорить местным про цель путешествия - вообще, и про Воттоваару - в данном случае. Ибо хорошей реакции не будет, только настроение себе испортите.

Очень скоро нас снова подобрали - на этот раз рыбак на УАЗике подбросил нас сразу аж до самого Чинозера (на сутки раньше плана). Выпив с ним немного Карельского бальзама, мы зашагали дальше... (оргвывод: на дорогах Карелии водится автостоп, хоть машин и немного, но подберут). Параллельно Чинозеру... туда, где нас ждал карельский грибной рай. 
      

Жадность до грибов губила: за 2 часа мы набрали два пакета красных и белых, которые потом таскали  в руках два дня, так и не успев перебрать все до конца.
Шли мы по хорошей лесной дороге, затем свернули и побрели сквозь чащу. Ну и наткнулись на протоку.

Впрочем, стоянки выбирали по "принципу заката" - где хороший вид на заходящее солнце, там и ночуем. (оргвывод: так и делать впредь!). 

Неважно, что бобры и не переправиться. Три девушки и романтик сочли возможным построение плота для переправы на другой берег на следующее утро. Вечером сушили себя и грибы. ...и только внезапные, оглушительные звуки хвостов по воде сопровождали в ту ночь мирный сон путников.

День 2. Но нам снова повезло. Наутро, едва большая часть команды проснулась, ее обнаружили с воды. Камуфляжно-сливающийся с пейзажем охотник приветствовал нас и обещал переправить на тот берег. За час мы собрались. Отдельный лулз - это то, как охотники (мужчина и две женщины, увешанные патронами) искренне восклицали: "Как?! В Карелии без сапог и ружья"?!?!, "Да я вот только на этом берегу медведя спугнул!" Вместе со своими прелестными собаками они прыгнули в лодку и умчались. Ну а нам чего бояться, когда всех медведей уже разогнали?

Примеч. Медведи в эту пору, когда лес полон грибов и ягод, не так чтобы слишком желают полакомиться человечиной, тем более, что их страх к нам также огромен. Охотники разумеется, скажут, что я непуганый туристо, однако, как заметил Дем, они ищут их специально, вот и натыкаются. Ведь кто ищет - тот всегда найдет. Впрочем, у меня с собой была пара фаеров, так, на всякий случай. =) 

Дальше были болота (с брусникой и с так называемыми лосиными мухами, ужасно противными и приставучими), долгожданная лесная дорога, чаща и, наконец, озеро Суръярви.
Орг-вывод: плотная одежда с длинным рукавом обязательна, в т.ч. головные уборы (лучше капюшоны), даже в жаркое время, если не хотите стать липкой лентой для лосиных мух, от которых не спасают распылители.

Едва выйдя к берегу, мы ринулись ловить связь вдоль Суръярви дальше на северо-запад (в районе Чинозера ее нет в принципе). Вернувшись, мы обнаружили, что сигнал есть, хотя и "нулевой" в смысле палочек на экране.
Орг-вывод: ловит там все, кроме Билайна. Ловит с "нулем", но ловит, не выключайте. Местная карельская симка иногда ловит хуже, чем МТС.
И да, не надо купаться в конце августа. Правда, не надо, если только вы не морж.

А вообще это была самая красивая стоянка за поход. 

День 3.

Нам удалось выйти на дорогу, снова слабо отмеченную пунктиром на карте. Оргвывод. Со времен составления карт не изменилось ничего, какие-то дороги используются больше, какие-то - меньше, но болота и те, и другие обходят с успехом. 

Так мы вышли на развилку дорог, одна из которых уже уходила в Гимолы, ближайшее к Воттовааре селение. Повернув и дойдя до маленького озерца, мы решили, что уже темнеет, и пора бы ставить лагерь. К озеру вела плохо протоптанная, но двухколейная тропа. Команда долго спорила, и пришлось проверить это место. И не зря. Место потрясающей красоты, нетронутости. Но там человека не ждут. 

Ближе к закату меня ждало еще более сильное откровение (иначе не могу назвать). Вообще после той развилки, ИМХО, окружающий ландшафт изменился. От привычного озера-густой_лес-камни местность стала более болотистой. Причем болота сопровождались характерными сухими деревьями. И апогеем посреди всего этого было Место Тишины, едва заметное с дороги и не отмеченное на картах:

Тебя охватывает тишина, берет в кольцо пейзаж из мистически неподвижной глади озера, переливающейся всеми оттенками синевы, заболоченных береговых кочек, этих корявых, ужасающе высоких деревьев и пронзительно предзакатного неба.  

Куда бы ни упал взгляд - всё совершенно и бестревожно, мощно и невыразимо. Противоречия обрываются, и остается тишина.
И не хватает птеродактилей от ощущения столь древней нетронутости=)

Ну а дальше доблестным разведчикам оставалось только найти дорогу к прекрасной стоянке на Болозере.

Той ночью мы говорили до 4х утра. Закат встретили, ночью любовались месяцем и звездами в ясном небе, отчего бы и рассвет не посмотреть... 
Что ж сказать, это было самое лучшее 1 сентября в моей жизни.

День 4.

С утра Демом был приготовлен самый лучший плов. Секрет - в шкварках от сала, сухих овощах, припасенных в кухонном мешке, и конечно, в карельских грибах...

Болозеро

Короче, прособирались мы опять полдня.
Пятикилометровый марш-бросок очень быстрым темпом от Болозера до еще одной развилки - и вот она, финишная прямая, путь к горе. 

Все достали плееры и шагали довольные остаток пути, через определенное расстояние после развилки .

И вот, опять (!), когда не знаем куда идти, мы слышим звук приближающейся сзади машины. Неуверенно стопим. Очень путано я пытаюсь задать водителю вопрос о том, куда идти. Он предлагает подбросить до развилки. Закидывая наши рюки в багажник, перекладывает пакеты с едой на заднее сиденье и говорит "шаманам обещал"...

Когда он заявляет о себе как о проводнике, я тут же вспоминаю, что видела и его страничку, и группу vk, все действительно так, и даже есть основания ему верить. Меж тем, замечаю, что в задние карманы кресел засунуты какие-то сборники, темные обложки которых испещрены фразами типа "я не понимаю, что происходит", "эта давящая пустота". Очень странно и угнетающе.

Первый его вопрос - "а вы вообще знаете, в какое место идете?". Я, чувствуя, чем пахнет, отвечаю "ну, читали". - Нет, ну читать - это хорошо. Но с горой шутки плохи, имейте в виду. И далее был пассаж про место, в котором не зря обитают шаманы и прочее-прочее. А вот после увещеваний от мусора и новых кострищ мое доверие к нему возросло, и я готова была забыть про "давящую пустоту". 
Далее последовало пространное объяснение про то, куда нам идти. "Пойдете от развилки налево, дойдете до стоянки машин, поднимитесь вверх до камня, затем идите 300 метров на восток и там будет голубое озеро и прекрасная стоянка". Ну, вы поняли, это из серии "идите туда на северо-юго-восток" и "давайте отрежем Сусанину ноги"...

Довольные, мы зашагали по дороге, преодолели красивый разлив горного ручья и уткнулись в стоянку грузовичков, высаживающих туристов у склона горы. Собственно, высаживали их у того склона, где на яндексе отмечено максимальное количество фотографий. Возможно, именно этим склоном экскурсия у кого-то и ограничивается.
Вскоре разведка дошла до еще одной стоянки (где, судя по табличке и начинается территория памятника). Там же был прекрасный источник свежей, чистой воды - горный ручей. 

Вернувшись назад и перекусив еще одним фирменным блюдом - бычками в томате с сушками (!!!), мы добрались до этого подъема и начали поиски стоянки. До камня поднялись. Но камнями тот лес не удивишь, неясно, какой камень имелся в виду. Лес, к слову, гнетущий, буреломный, разведывать в нем было ужасно. А меж тем, время неумолимо движется к закату...

Дем поднимается все выше; за ним следует Настя с более легким рюкзаком. На каком-то уровне я предлагаю поставить палатку на любом ровном месте склона. Однако энтузиасты прониклись и продолжают движение вверх. 

Что нам оставалось с Сашей, глядя на их ентузазизм? Петь. "Только мы с конем на гору идем", никогда не забуду.
В итоге. Мы. Прошедшие около 20 км за этот день. Уставшие и жаждущие воды (после бычков-то). Местами по отвесным подъемам с тяжеленными рюками. Уже по темноте. Преодолеваем и доходим до взгорья, до первого плато Воттоваары. 
Ветер-ночь. 
Взмокших до нитки, нас начинает яростно обдувать ветрище. Но картина... Звезды, огни редких селений, леса, река Тяжа вокруг горы. Вот оно. Оно того стоило.
...И крик из темноты "Идите сюда. Я нашел воду. Ну, не воду, а так, ручей. И стоянка есть. Ну, не стоянка, а..."
Мои нервы тут заканчиваются, и начинается дистиллированный ржач. Который становится предметом недолгой обиды.
С препираниями ставим палатку, делаем костер. Место Демом и впрямь найдено замечательное - кострище под огромным валуном (не видно дыма, и не загорится лишнее) + место под елкой для сна. 

И какая же благодарность за все просыпается, когда сидишь спиной к костру и лицом к звездам, находясь еще ближе к ним; когда прошел все это и не зря сделал последний рывок. Оказывается, в мире и нет ничего, кроме огней и темноты, ветра и тишины. 

Оргвывод из всей этой истории. Вообще, интуиция - лучший друг и помощник. Проводники, как и полупроводники, могут оказаться в этих местах странными. Но в конце концов, каждый исследует реальность в меру своих интересов и способностей. А по лицу обычно понятно, врет человек или нет. Думаю, ему не было смысла врать нам, просто указатели были даны слишком размытые. 
Вообще, на эту гору туристов тоннами водят на экскурсии и, возможно, вам покажут больше, чем вы увидите сами. А возможно, меньше. Но не Зона там все же, чтобы ходить туда только с проводниками.
А переночевать на горе можно, но только надо обязательно искать камни под место для костра, т.к. вокруг полно сухих деревьев и вообще относиться бережно.

День 5. Гора.

Просто фото. 

Прямоугольные разломы. "Ледник так не мог...".

На вершине

Знаменитая лестница на северном склоне.
По утверждению Симоняна, ее происхождение все-таки природное.

Остальные фото тут.

Еще мы встретили группу туристов, разбивших лагерь, если можно так сказать, в самом сердце горы. 

Через фантастический спуск с северо-западного склона, опять чудом найдя дорогу и выйдя около второй таблички "Воттоваара", мы заночевали в лесу около дороги, а на следующий день пришли в Суккозеро, в конечный пункт.

Так сложились вместе - люди, места и обстоятельства, что о цели вспоминали редко (только когда брали в руки карту). Просто наслаждались Карельской природой.
Случилось так, как случилось, а случилось как нельзя лучше. Мне бы не хотелось изменить ни одной запятой в этом пути, разве что побыть на вершине горы побольше. 

Может быть много версий и о происхождении валунов, и об энергии горы. Все субъективно. А Природа намного прекраснее любых человеческих выдумок, ибо самодостаточна. И этот простой и потрясающий факт дает мне силы. =)

Там и тогда мы вчетвером сидели на склоне горы, смотрели вслед заходящему над лесами и озерами Карелии солнцу, смеялись, и было там и тогда наше место силы...